Жизнь замечательных имен

Короткие истории о вещах и о людях, давших им свое имя

[sticky post]Оглавление
размышление
eponim2008
Оглавление
Все статьи, напечатанные в моем живом журнале, разбиты по темам. Внутри каждой темы статьи размещены в порядке убывания даты публикации.
 
Эпонимы
Становись в строй по ранжиру и чину
Грандиозные незавершенные проекты
Из книги об  Андре Ситроене
Из книги об Интернете
О Ливае Строссе (Levi Strauss)
Литература и жизнь
Студенты 1970-х
Советское - значит отличное
Эльдорадо
Бренды
Люди и жизнь старой России
История и современность Израиля
Прекрасная Франция
Viva Italia!
Германия
Испания
Правь, Британия!
На холмах Грузии...
Маленькие государства
Путешествия. Один день в...
Про все на свете
Детская энциклопедия



Именной указатель
размышление
eponim2008
А
Абрикосов Алексей Иванович фабрикант 1824 — 1904 21.06.2009 Фабрика имени Бабаева
Б
Бабаев Петр Акимович революционер 1883 —1920 21.06.2009 Фабрика имени Бабаева
Ба́рнард Эдвард Эмерсон Edward Emerson Barnard астроном 1857 — 1923 19.06.2017 Звезда Барнарда
Боливар Симон Simón Bolívar политический деятель 1783 — 1830 12.06.2017 Боливар, валюта Венесуэлы
В
Винчестер Оливер Oliver F. Winchester оружейник, предприниматель 1810 – 1880 22.04.2010 Винчестер, винтовка и жесткий диск
Всеволожский Всеволод Андреевич владелец имения 1769 —1836 11.06.2017 город Всеволожск
Всеволожский Павел Александрович владелец имения 1839 —1898 11.06.2017 город Всеволожск, внук Всеволода Андреевича
Г
ГрэфенбергЭрнст Ernst Gräfenberg врач-сексолог 1881 — 1957 19.08.2012 Точка G
Уильям Гершель William Hershel астроном 1738 — 1822 19.06.2017 Гранатовая звезда Гершеля
Д
И
Игнатьев Алексей Алексеевич генерал 1877 — 1954 23.04.2010 Приходился племянником Николаю Павловичу Игнатьеву
Игнатьев Николай Павлович политический деятель 1832 —1908 22.04.2010
К
Дмитрий Кантемир Dimitrie Cantemir господарь Молдавии 1673 – 1723 17.05.2017 Кантемировка, Кантемировская дивизия
Якобус Корнелиус Каптейн Jacobus Cornelius Kapteijn голландский астроном 1851 –1922 19.06.2017 Звезда Каптейна
Александр Федорович Ке́ренский политический деятель 1881 – 1970 12.06.2017 Керенки
Л
Лемельсон Джером Jerome H. Lemelson американский изобретатель 1923 – 1997 21.07.2017 Премия Лемельсона
Людовик XIII Louis XIII Король Франции 1601 — 1643 12.06.2017 Луидор
Н
Наполеон Бонапарт Napoléon Bonaparte Император Франции 1769 — 1821 21.06.2017 Наполеондор
П
Паркинсон Джеймс James Parkinson английский врач 1755 — 1824 19.08.2012 Болезнь Паркинсона
Ф
Ричард Бакминстер Фуллер Richard Buckminster Fuller американский архитектор и изобретатель 1895 — 1983 20.05.2017 Фуллерены
Ш
Яльмар Шахт Hjalmar Horace Greeley Schacht немецкий финансист 1877—1970 24.10.2011



Будни гибридной войны
размышление
eponim2008

Постановлением Правления Национального банка Украины от 13.10.2017 запрещено осуществлять операции купли-продажи банкнотами Центрального Банка Российской Федерации с изображением карт, символов, строений, памятников, археологических памятников, архитектуры, истории, пейзажей и каких-либо других объектов, размещенных на территории Украины, оккупированной Российской Федерацией.
Поэтому банкноты в 100 и 200 рублей в Украине деньгами не считаются и в качестве таковых не принимаются.

Легко ли испечь хлеб?
размышление
eponim2008

Даже в наше просвещенное время хлебопечение выглядит маленьким колдовством, в котором принимают участие все стихии. Из соединения воды и муки (которая, если вдуматься, плод земли) вымешивается наполненное воздухом тесто, которое, пройдя огонь, становится духовитым и сытным хлебом, поддерживающим жизнь. Как тут не восхититься и не возмолиться о помощи невидимым богам-покровителям искусств и ремесел? Ведь не всякому даётся искусство хлебопечения.

Хлеб – один из самых старых продуктов в мире. Технология хлебопечения знакома человечеству несколько тысяч лет. И видов хлеба известно несчетное количество. Но независимо от сорта, производство хлеба всегда требует много времени. Ведь в процессе хлебопечения задействованы дрожжи, а их, как ни старайся, не заставишь выполнить пятилетку в четыре года. Так что если хочешь получить вкусный и пышный хлеб, приходится вооружиться терпением.

Процесс изготовления хлеба состоит из пяти этапов:


  1. Приготовление теста. Для этого смешиваются дрожжи, вода, жир, сахар и соль и прочие дополнительные ингридиенты (например, изюм или семечки).

  2. Замешивание. Приготовленное тесто следует тщательно перемешивать, пока не получится однородная масса. Без этого тесто не поднимется и хороший хлеб не получится. Кстати, хотя тесто мягкое, его замес требует значительных усилий. Это – настоящая мужская работа, и пекари в старину были ребята крепкие.

  3. Выдержка теста (расстойка) в теплом месте при температуре 20-35 градусов. В результате брожения дрожжей образуется углекислый газ. Тесто увеличивается в объеме, «поднимается» и приобретает пористую структуру.

  4. Обминка теста в процессе расстойки. Тесто обминают (а иногда подбрасывают вверх, как мячик или игрушку) для того, чтобы удалить из него углекислый газ и обогатить кислородом. В результате обминки дрожжевые бактерии продолжают свою работу дольше, и хлеб становится пышнее. После обминки выдержку теста продолжают в течение еще некоторого времени.

  5. Выпекание. Тесто подвергают воздействию высокой температуры (от 105 до 140 °C) в течение приблизительно часа. В результате получается хлеб. Горячий и потому ужасно вкусный!

Только в конце 19-го века в древнюю технологию попытались внести серьезные изменения. Американский чернокожий изобретатель Джозеф Ли (Joseph Lee; 1849 – 1905) изобрел машину для замешивания теста. Тем самым производительность этого нелегкого труда была повышена на 500 процентов. Благодаря тестомесильной машине Джозефа Ли один человек начал справляться с работой, которую до этого выполняли 5-6 пекарей. Кстати, на счету Джозефа Ли еще одно большое кулинарное изобретение, связанное с хлебом: панировочные сухари. Хлеб в те ходы невозможно было хранить больше, чем сутки. Он черствел, и его приходилось выбрасывать. Джозеф Ли придумал и в 1895 году запатентовал машину, которая поджаривала и измельчала черствый хлеб. Полученные в результате панировочные сухари можно было хранить в течение длительного времени, и они нашли широкое применение в кулинарии.

Однако тестомесилка Джозефа Ли массового распространения не получила. Оно и понятно. На городской кухне не было места для больших печей. Никому не хотелось вставать затемно и возиться с тестом, чтобы утром на столе был теплый хлеб. Да и много ли хлеба нужно небольшой современной городской семье? Вот человечество потихоньку и ушло от домашнего хлебопечения, переложив заботу о производстве этого важнейшего продукта питания на хлебозаводы. Будет ли при этом спрос на маленькие домашние хлебопечки?

Хлебопекарные машины для домашнего использования появились, как ни странно, в Японии, в стране, где не «хлеб всему голова», а как раз наоборот, рис. Но компания «Matsushita Electric Industrial» (она сейчас называется «Panasonic») увидела возможности расширения рынка именно  в создании этого нового направления в кухонной технике. Вплоть до 1984 года компания, среди прочего, производила рисоварки с микропроцессорами, нагревательные приборы (тостеры, кофеварки и посуду с подогревом), а также кухонные комбайны. Японский рынок был насыщен этими товарами. Спрос на них не увеличивался, а на кухонные комбайны даже начал падать. Уж больно хлопотно показалось потребителям разбирать и мыть эти могучие «мухорайки». Компания смело нацелилась на выпуск нового кухонного агрегата. При этом резонно полагалось, что  в новом устройстве можно будет успешно использовать уже имеющиеся технические изобретения (управление нагревом, нагревательные элементы, мощные двигатели и вращающиеся части). Группа под руководством Масао Торикоши (Masao Torikoshi) в течение двух лет создала домашние хлебопекарные машины. Эти машины производили замешивание, выдержку теста и выпечку хлеба в полностью автоматическом режиме. Встроенный таймер позволял вечером загрузить компоненты в специальный жестяной контейнер, а утром вытащить из этого же контейнера готовый теплый хлеб. Красота!

Работа коллектива разработчиков домашней хлебопечки, добившегося поставленной цели за чрезвычайно короткий срок, вошла в учебники и разошлась на примеры. Так, известна история разработчицы программного обеспечения Икуко Танака (Ikuko Tanaka). Для того, чтобы создать совершенно неформализованный алгоритм замешивания теста, она поступила в ученики шеф-повару международного отеля в Осаке, который считался самым лучшим хлебопеком в Японии. Женщина осваивала технологию производства хлеба что называется «из первых рук» и обнаружила, что пекарь производил замешивание особенным способом, растягивая и качая кусок теста. Для реализации этого способа Икуко Танака и инженеры-разработчики немного изменили форму внутренней части контейнера, добавив дополнительные выступы-резцы. Такое изменение позволило успешно смоделировать технику работы мастера-пекаря. В результате хлебопечка стала выпекать хлеб того же качества, который изготавливали в отеле в Осаке. Благодаря уникальному методу «закрученного теста» хлебопечка компании Matsushita производила хлеб удивительного качества. В течение первого года реализации такого сложного и нового кухонного оборудования, как хлебопечка, был поставлен абсолютный рекорд продаж.За 10 лет изобретение «Panasonic» завоевало весь мир. Его стали успешно продавать в США, Австралии и в Европе. «Panasonic» до сих пор остается лучшим изготовителем домашних хлебопечек в мире. Причем в современных приборах кроме функции хлебопечения появилась и функция приготовления джема из свежих фруктов!

Эту интересную историю интересного изобретения мы закончим практическим вопросом. Стоит ли покупать хлебопечку?

На этот вопрос дадим практический ответ. То есть, основанный на личном опыте.

Несколько лет назад одна моя знакомая совершила такую покупку. Стоимость хлебопечки была ей по карману, хотя совсем не дешевой оказалась новая кухонная утварь. Устройство выглядело внушительно, но впечатления громоздкого «шкафа»​ не производило.. К хлебопечке прилагалась толстенькая брошюра с рецептами разнообразных хлебов, выпечек и джемов. И книжка эта не была лишней! Более того, ее чтение вызывало обильное слюнотечение и звало к покорению новых кулинарных вершин.

Моя знакомая, женщина с техническим образованием, быстро разобралась в управлении хлебопекарным агрегатом, которое – следует отдать должное создателям – было совсем не сложным и доступным даже людям с образованием гуманитарным.

Процесс изготовления самого простого хлеба занял три с половиной часа. Вкус изделия был восхитителен. Кроме того, дополнительные положительные эмоции типа «Yes, we did it!» умножали торжественные вкусовые ощущения. В последующие несколько дней были опробованы новые рецепты и освоены новые вкусы. Домашний хлеб восторженно оценили родственники и знакомые.

Это все плюсы. Теперь о минусах. Они выявились почти одновременно с плюсами.

За 3-4 часа хлебопечка изготавливает один хлебный «кирпичик» (или, как говорят в Санкт-Петербурге, «булку хлеба») весом 500 – 700 граммов. Для семьи, состоящей из 4 человек, этого хватало на 2 – 3 дня. Соответственно, для семьи из двух человек «кирпичика» хватало на 4 или 5 дней. Несмотря на прогрессивные кулинарные технологии фирмы «Panasonic» за это время хлеб черствел и терял вкус. Выбросить? Против этого восставал весь советский опыт типа «Каждую крошку – в ладошку» или «Хлеб – драгоценность, им не сори». Пускать остатки на сухари или на панировку (спасибо за изобретение, мистер Джозеф Ли!) не было желания. Да и сколько той панировки нужно в обычном домашнем хозяйстве? Посему черствый хлеб доедали без всякого удовольствия. Еще меньше удовольствия женщине доставило заметное повышение веса тела. Хлеб-то полнит!

Таким образом, вскоре хлебопечку запускали на ночь раз в неделю. А потом и вовсе возвратились к покупкам хлеба в магазине. Оказалось, что это и дешевле, и проще, и разнообразия больше.

Другая моя знакомая купила ту же хлебопечку «Panasonic» почти одновременно с первой. Но ее кухонный агрегат не простаивал. Дело в том, что потребителем хлеба стало кафе, которое женщина содержала. Небольшая такая забегаловка. Посетителям пришелся по вкусу свежий хлеб из цельной муки. Женщина даже стала печь хлебы на заказ. Домашняя хлебопечка работала круглые сутки почти без отдыха, но и без поломок. Хозяйка же хлеб собственного производства почти не потребляла и лишнего веса не набирала, чем ужасно гордилась.

Выводы? Домашнюю хлебопечку стоит покупать, если есть нужда включать ее хотя бы раз в день. То есть, если имеется круг постоянных покупателей свежего хлеба или же количество едоков в семье превышает 6 – 7 человек.


Статья опубликована на сайте Школа жизни

Статья опубликована на сайте Школа жизниПолезные ссылки:

  1. Хлебопечка в Википедии

  2. Хлебопечь - кудесница пекарского ремесла

  3. История создания хлебопечки

  4. Электрическая хлебопечка. Простые правила

  5. Выбираем хлебопечку.

  6. Breadmaking machines

  7. Who Invented the Bread Machine?

  8. Tracing The History of The Bread Maker

  9. Joseph Lee: The Bread Maker Inventor

  10. Antique bread maker leads to black inventor


А. Спундэ. Очерк экономической истории русской буржуазии (отрывок) ч. 2
размышление
eponim2008
Окончание. Начало здесь.

Ремонтные работы на железной дороге. Художник К. А. Савицкий. 1874 год.

Европейские заводчики под угрозой гибели в конкурентной борьбе должны были тратить высокую долю прибыли на расширенное воспроизводство и техническое переоборудование заводов. А уральская металлургия родилась и выросла, окутанная монополиями на рабский труд, на леса и недра, монопольной защитой от могущих возникнуть рядом конкурирующих предприятий. Закрывшийся всяческими видами монополий уральская roрнозаводчик тратил на расширенное производство совсем ничтожную часть своих прибылей. Отсюда застой и загнивание уральской металлургии и тот ее исключительный паразитизм, который так красочно описан Маминым-Сибиряком.
Петр решает сдвинуть с места и развитие ремесла, пересадив на российскую почву европейские образцы. По введенному в 1721 году «Регламенту Главного Магистрата» и по Указу 1721 года все городское население было разделено на гильдии.
Внешне это весьма похоже на западное ремесло. На деле сходна только форма.
Европейское ремесло растет в результате ослабления крепостной зависимости крестьян. Петр пытается стимулировать его при усилении этой зависимости. Но ремесло, основанное на личной заинтересованности и разделении труда, не может расти на почве, плотно утрамбованной крепостническими нормами и рогатками. В 1744 году, после того как Регламент действовал почти четверть века, в Петербурге иасчитывалось всего 709 ремесленников, а в торговом центре страны Москве - лишь 117. Полезно привести несколько законодательных актов, отражающих политику укрепления крепостнических отношений, блестяще начатую Петром.
Указом 1721 года, разрешающим купцам покупать к заводам крестьян. Петр расширяет слой феодальных эксплуататоров. А в 1736 году издается указ о «вечном за-креплении» рабочих и мастеровых на мануфактурах.
В 1763 году Екатерина издает особо патриотический указ, разрешающий покупать крестьян к фабрикам и иностранцам.
В этих условиях купеческий капитал растет почти исключительно в качестве комиссионера дворянства, феодальных заводов и дворянского государства. Жизнь не толкает этот капитал в сторону роста товарной продукции. Насколько чисто реакционные функции преобладают в душе тогдашнего купца, говорят наказы 1767 г. Купечество Костромы, Коломны, Переславля, Тулы, Твери, Новгорода, Торжка, Каргополя, Вологды, Симбирска, Царевококшайска, Вязьмы хлопочет в них о том, чтобы ему было позволено покупать крепостных.
Купеческий капитал нигде не являлся политическим авангардом буржуазии. В России он стал подголоском реакционного дворянства. Так продолжалось до 1905 года, когда московские и провинциальные охотнорядцы были больше католиками, чем папа, поддерживая монархию в ее неурезанном виде даже тогда, когда значительная часть дворянства поняла неизбежность перемен.
Преобразовательная деятельность Петра, всей своей силой направленная против объективно неизбежных социально-экономических изменений, была невозможной без создания огромного, дорогостоящего бюрократического аппарата. В 1704 году доходы государства составили З 063 525 рублей (современному читателю полезно знать, что рубль эпохи Петра равен примерно 17 рублям начала ХХ века и примерно 330 рублям 1951 года), а расходы - З 515 553 рубля.
Распределились расходы следующим образом:

военные расходы -1 439 832 рубля (40,9%)
содержание государственного аппарата - 1 313 200 » (37,6%)
дворцовые расходы - 156 843 » (4,4%)
дипломатия - 75 024 » (2,1%)
церковь - 29 771 » (0,8%)
просвещение, медицина, почта - 17 388 » (0,5%)

Герцен с гневом и болью пишет в «Былом и думах»: «Один из самых печальных результатов петровского переворота, это развитие чиновнического сословия. Класс искусственный, необразованный, голодный, ничего не умеющий делать, кроме «служения», ничего не знающий, кроме канцелярских форм, он составляет какое-то гражданское духовенство, священнодействующее в судах и полиции и сосущее кровь народа тысячами ртов».
В те времена, когда я это пишу, нельзя не предвидеть «умного» замечания о том, что «вообще» рост государственной машины прогрессивен. Поэтому стоит заметить, что в Европе бюрократия складывалась в качестве аппарата в руках восходящей буржуазии, в значительной мере направленного против разлагающегося, но еще сильного феодализма. Социальным назначением бюрократии, созданной Петром, было подавление ростков капитализма уже сильно подгнившим феодализмом. Эта бюрократия была особенно продажна именно потому, что она была реакционна по своему общественно-экоиомическому назначению, по своим функциям в системе феодальной монархии.
Шумливые петровские указы о грамотности дворянских детей не могли подвинуть Россию и по пути создания потребности в образовании. Грамотность была необходима лишь для того, чтобы попасть в созданную Петром бюрократическую машину. Крепостное сельское хозяйство и крепостная промышленность острой потребности в грамотных людях не испытывали.
Через полвека после «великих» реформ Петра даже дворянство не дошло до сплошной грамотности. В 1767 году в Оренбургской области неграмотных дворян было 60%, в Московской - 18%. В 1767 году в наказе дворян Козловского уезда высказано пожелание не учить грамоте «подлых людей», дабы они не могли подавать «доношения» на знатных и заслуженных дворян. Под этим наказом «...вместо дворянина Алексея Григорьева за неумением грамоте подпоручик Изосим Иванов по его прошению подписался». Сплошная неграмотность крестьян предрешала высокую долю неграмотных и среди купцов. И что особенно важно с рассматриваемой точки зрения, купечество в своих наказах «комиссии для сочинения проекта нового Уложения», созданной Екатериной, заботится об образовании только своих собственных детей.
Покажем еще, что стоила рассматриваемая эпоха народу. Эта цена будет сказываться на его жизни еще многие десятилетия. Сравнивая общие цифры податного населения России по переписям 1678 и 1710 годов П. Н. Милюков показывает, что население за этот период убавилось на одну пятую часть. другие исследователи, подвергая сомнению надежность тогдашних переписей, оспаривают лишь размеры этого уменьшения.
Милюков приводит по 11 736 убылым дворам данные о характере убыли:

умерло в домах - 29,1%
взято в солдаты и на работы - 20,4%
побеги - 31%

Таким образом, чисто военные потери относительно невелики. Главным бичом народа оказываются петровские реформы. Весьма ненадолго продвинувшие вперед тяжелую промышленность, они на многие годы задержали развитие основы народной жизни страны - ее сельского хозяйства.
Дальнейшее развитие России, крепостной строй которой был столь талантливо укреплен Петром, идет по пути предельно возможного сохранения этого строя. Рост черной металлургии, не очень сильный в XVIII веке, не стал показателем общеэкономического роста. Опутанная крепостничеством Россия лишь в малой степени увеличивала потребление черного металла внутри страны. Пушек и ружей становилось больше. Но пахали по-прежнему деревянной сохой, не строили в сколько-нибудь удовлетворительном количестве станков для ремесла и промышленности. Вывозили металл за границу, чтобы на вырученные деньги привозить предметы потребления для паразитирующего дворянства. В XIX веке Россия вследствие быстрого роста европейской металлургии и черепашьих темпов развития отечественной стала импортером черных металлов.

Огромная военная сила крепостнического государства дала ему возможность успешно вести непрерывную кровавую войну против собственного русского и инонационального
крестьянства. Эта война, принимавшая иногда форму открытых сражений (Пугачевщина), позволяла эксплуатировать крестьянство на прежней крепостнической основе.
Важно еще раз подчеркнуть, что в общественных движениях XVII века, в войне 1812 года и в революционном движении после нее русская буржуазия не принимает сколько-нибудь активного участия. Следовательно, она не накапливает политического опыта, не создает своих политических организаций, не выдвигает ярких общественных фигур и не дает сколько-нибудь яркой критики феодализма. Малочисленная и раздробленная, она остается лишь жалкой просительницей реформ, ни разу не поднимаясь до решительных требований.
Интересно заметить, каким образом экономическая и социальная монополия дворянства отразилась на духовной жизни наиболее просвещенной части России.
В XVIII веке еще совсем нормально, что гениальный Ломоносов пишет оды злейшим врагам архангельских и иных мужиков, из среды коих он вышел. Высокопарный стиль Ломоносова - живое свидетельство монополии языка, совершенно чуждого и непонятного народу. А прозвучавший в конце века голос республиканца Радищева совершенно одинок. Лед начинает таять очень медленно. Лишь в XIX веке одновременно с декабристами на сцене появляется Пушкин. Это огромный немеркнущий талант. В нем уже есть и протест против гнусностей Алехсандровской и Николаевской эпохи. Но на радикальный разрыв с дворянским строем и он не способен. Горячее сочувствие декабристам совмещается в нем с почти искренней поддержкой душителей польской свободы. Поэтому декабристы ценят его, близки к нему, но к «настоящему» делу не подпускают. Белинский пишет про Пушкина: «Везде вы видите в нем человека, душой и телом принадлежащего к основному принципу, составляющему сущность изображаемого им класса. Короче, везде видите русского помещика... Он нападает в этом классе на все, что противоречит гуманности, но принцип класса для него вечная истина».
Это необходимо указать в связи с тем, что ныне стало модой причесывать Пушкина под декабриста, хотя между ними дистанция огромного размера. Пушкин, Лермонтов, Гоголь - доказательство того, что самое яркое, самое талантливое уже не на стороне престола. Но слов о борьбе с ним они почти не произносят, таких песен почти не поют.
Реакционная сущность петровских реформ была ясна многим вдумчивым исследователям.
У Г. В. Плеханова читаем: «Петр не только укрепил закрепощение крестьянства. даже его многочисленные и разнообразные технические заимствования у Запада вели не столько к европеизацни наших общественных отношений, сколько к еще более последовательному переустройству их в старомосковском духе... В России Петр, основывая фабрики и заводы, приписывал к ним окрестных крестьян, чем создавался новый вид крепостного состояния. Оно (в этом особенность нашего исторического процесса) замедляло дальнейшее развитие
России. Кроме того, оно затрудняло европеизацию той части населения, которая занималась новым производством».
П. Н. Милюков в своей работе «Государственное хозяйство России в первой четверти XVIII столетия н реформы Петра Великого» пишет: «За исключением мер, принятых в последние годы под влиянием идей меркантилизма в пользу городского класса. Петр не был социальным реформатором».
Французский историк Левек замечает:
«Петр еще больше увеличил рабство русских, требуя, чтобы они стали похожими на свободных людей».
Ярким художественным отображением петровских реформ служат известные строчки горячего почитателя Петра - Пушкина:

«..,Не так ли Ты над самой бездной
На высоте уздой железной
Россию поднял на дыбы?»


Подсказаны они, по воспоминаниям современников, умным Вяземским, который сказал Пушкину, когда они проходили мимо Медного всадника, примерно так: «А Петр вовсе и не повел Россию вперед - он ее только вздернул на дыбы».
Возвращаясь к интересующему нас вопросу о причинах органической слабости русской буржуазии в революции 1917 года, мы можем констатировать, что по своей
объективной сущности эпоха Петра была временем жестокого удушения ростков подлинного промышленного подъема, а, следоватедьно, периодом удушения роста, оформления и самоопределения русской буржуазии. Петр сделал чисто реакционное дело, но сделал его с энергией, размахом и полетом.

* * *

Реформаторская деятельность Петра, часто изображаемая прогрессивной, представляет собой яркий пример того, к каким результатам может привести быстрое, очень эффектное для невнимательного наблюдателя развитие производительных сил, если оно не служит формированию соответствующих общественных отношений.
Мне приходится столь подробно останавливаться на этом вопросе потому, что в мое время развитие промышленности возведено в ранг всемогущего средства спасения, не зависящего от того, какой ценой, какими способами и чьим в конечном итоге интересам оно служит. С этой точки зрения так называемая сталинская эпоха требует глубокого экономического анализа, украсить который должны драгоценные слова Гете:

Теория, мой друг, сера.
Но зелено вечное древо жизни.


КОММЕНТАРИЙ
ГЛУБОКИИ ЭКСКУРС
Доктор исторических наук Е. АНИСИМОВ.

Научные труды, подчиняясь непреложным законам природы, стареют. Это судьба общая и для опубликованных, и для неопубликованных книг. Но для первых это все же счастливая судьба, ибо, став радостным или удручающим явлением историографии, они читаются, обсуждаются и в конечном счете влияют на развитие науки. Рукопись же - узник стола, лишена счастья, отдавая себя обществу, стареть вместе с ним. Ее старость одинока.
Поэтому, читая очерк А. П. Спундэ, я испытывал острое чувство сожаления о том, что вернуть время невозможно - ведь труд старого большевика, замечательного советского финансиста-практика увидит свет лишь через 40 лет после его написания. Это огорчительно, ибо теперь мы несравненно глубже знаем и о времени петровских реформ, и о предреволюционной поре.
За четыре десятилетия накоплен и проанализирован огромный фактический материал по социальному и экономическому развитию страны XVIII-ХХ вв. По истории русской буржуазии появилось немало ценных трудов, среди которых выделяются книги П. В. Волобуева, В. С. Дянина, Л. Е. Шепелева. Появились и фундаментальные исследования по истории XVIII вена. Особенно ценны для данной темы работы Н. И. Павленко, который даже в тяжелые для науки годы застоя последовательно отстаивал свои идеи, шедшие вразрез господствовавшим с 30-х гг. взглядам на социально-экономическое развитие России и классовую борьбу XVII-XVIII вв. Характерна опубликованная в 1978 году в. журнале «История СССР» статья Н. И. Павленко о торгово-промышленной политике Петра, показавшая, что жесткий диктат, контроль и регламентирование в экономической сфере - методы, столь характерные для Петра,- оказались губительны для русского купечества и предпринимателей, негативно повлияли на развитие русской экономики.
Вышесказанное лишний раз свидетельствует о пользе гласности, без которой наука топчется на месте вместо того, чтобы быстро двигаться вперед.
Теперь, зная больше о петровской эпохе, чем сорок лет назад, мы можем указать много явных и скрытых недостатков очерка даже в его чисто фактографической части. Эти недостатки были обусловлены состоянием науки того времени, невозможностью архивных разработок, не всегда критическим подходом н мнениям предшественников и т. д. Было бы, правда, наивно думать, что эти недостатки лишь удел непрофессионалов в истории.
Безусловно, петровская эпоха не сводится н крепостнической экономике, хотя в немалой степени ею определяется. Разделяя общую оценку экономической политики Петра, нельзя не сказать, что выход к морю (необходимый России в XVIII веке, как ныне выход в космос), обмирщение культуры, разрыв с традициями изоляционизма, усвоения общей для Европы знаковой системы культуры Просвещения, несомненно, благотворный подъем национального самосознания - все это и многое другое позволяет видеть петровскую эпоху во всей ее сложности и противоречивости, дает возможность избежать односторонности в ее оценке.
Но я пишу это послесловие не с целью найти и указать на промахи автора-непрофессионала: хочу обратить внимание читателя на другое. Состоялась неожиданная
в стреча с тем, чего, кажется, и в принципе не могло быть в годы тотального идеологического единомыслия 30-50-х годов. Взгляды экономиста А. П. Спундэ подчеркнуто противоречат историческим концепциям, бытовавшим тогда. Стоит ли говорить, что многие историки в то время не только так писать, но думать так боялись. И было бы неправильно осуждать их - мы ведь знаем, куда могла вести дорога с заседания кафедры или отдела. В обществе, которое представляло Временное правительство по карикатурам Кукрыниксов, а Петра - по роману Алексея Толстого, написанное Спундэ было криминалом.
А между тем перед нами - образец мышления незаурядного человека, подлинного марксиста, чуждого схоластики «Краткого курса» и одновременно свободного от правил словесной игры историков-профессионалов. Изучая русскую буржуазию накануне революции, он совершает глубокий экскурс в историю. И делает это смело. Но это смелость не неофита, слабо представляющего себе трудности дальнего пути в прошлое, а просвещенного, внутренне свободного человека, системно и одновременно образно мыслящего. Это путешествие необходимо для понимания глубинных причин, закономерностей, которые привели Россию к Октябрю 1917 года. Тем самым работа Спундэ - интереснейший памятник мысли своего времени, памятник, не искаженный ни авторской, ни редакторской рукой.
Однако работа важна и как историографическое явление. Нельзя забывать, что с 20-х гг. вплоть до начала 60-х гг., когда появилась книга П. В. Волобуева «Пролетариат и Буржуазия России в 1917 году», исследований на эту тему, в сущности, не было. Да и теперь, глядя на длинную полку, уставленную книгами о предреволюционном развитии, мы не можем утверждать, что все проблемы истории русской буржуазии решены, что мы наверняка знаем причины ее слабости и силы, тенденции ее развития и т. д. И это закономерно. Окончательных суждений в науке быть не может. Пример тому - разгорающийся ныне спор о выборе пути, об альтернативе развития русского общества накануне Октября. Пусть не будет чугунного единства мнений, пусть будет много точек зрения. Пусть в споре, который поведут книги и люди, о судьбах России будет услышан и голос А. Спундэ, который так неожиданно долетел до нас через время.

Наука и жизнь, 1988, №1, 76-83

  1. Спундэ: зигзаги политической конъюнктуры

  2. А.П.Спундэ. Биография


А. Спундэ. Очерк экономической истории русской буржуазии (отрывок) ч. 1
размышление
eponim2008
Автор очерка - Александр Петрович Спундэ (1892-1962) - активный участник Октябрьской ревопюции, делегат II Всероссийского съезда Советов. В качестве гпавного комиссара Народного (государственного) банка в 1918 году входил в состав Советского правительства, был одним из организаторов нашей финансовой системы, принимал участие в разработках первого пятилетнего плана.
Уже в двадцатых годах он со все возрастающим беспокойством вглядывается в процессы экономического развития страны в условиях, когда она уже не может рассчитывать на европейскую революцию. После гпубоких раздумий он становится на точку эрення, которую в 1921-1923 гг. в разных формах настойчиво отствивал Ленин. («...Мы допжны одержать победу медленным, постепенным - быстрым нельзя - но неуклонным повышением и движением вперед»).
Внутренняя необходимость понять происходящее н его поспедствия привела автора к началу работы над большим экономическим исследованием, частью которого стали «Очерки экономической истории русской буржуазии», написанные в 1948-1951 гг. (он в это время служил кассиром в Мосторге).
Даиная публикация - весьма краткие выдержки из той части «Очерков», которая посвящена эпохе Петра Первого, в последнее время ставшей объектом не только экономических, но даже и поэтических реминисценций. Несколько кратких замечаний, связанных с именами Пушкина, Лермонтова и Гогопя, носят отчетливо выраженную социапьную окраску, которая. к сожапению, в свое время быпа в нашем питературоведении определяющей. а сейчас, тоже к сожапению, рассматривается многими (вероятио, как реакция на горькое прошлое) лишь как ограниченность.
Полный текст «Очерков» (около 200 стр. машннописи) хранится в архиве Института истории СССР АН СССР. Я позволил себе предпослать публикации строчки известного стихотворения А. К. Толстого, которые любил повторять автор.

Я. А. СПУНДЭ, заведующий кафедрой транспортных гаэотурбинных двигателей Московского автомеханического института

- Государь ты наш, батюшка,
Государь Петр Алексеевич.
Что ты изволишь в котле варить?
- Кашицу, матушка, кашицу.
Кашицу, сударыня, кашицу.
- Государь ты наш, батюшка,
Государь Петр Алексеевич,
А чем изволишь мешать ее?
Лалкою, матушка, палкою.
Лалкою, сударыня, палкою.
- Государь ты наш, батюшка,
Государь Петр Алексеевич,
А кто ж будет ее расхлебывать?
- Детушки, матушка, детушки.
Детушки, сударыня, детушки.
А. К. Толстой


В феврале 1917 года началась русская революция, которая оказалась крутым переломом в истории человечества. По достигнутому уровню экономического и культурного развития Россия созрела только для перехода к капиталистической экономике. Но в результате своеобразных условий исторического развития в России в 1917 году сложилось такое соотношение
сил, при котором буржуазная революция должна была либо немедленно начать гнить на корню, либо немедленно перерасти в социалистическую, хотя для перехода к социалистической экономике база была ничтожно слабой.
Это объяснялось главным образом тем, что в России, где остро назрела потребность в буржуазных преобразованиях, возглавить их было некому. Российская буржуазия родилась и умерла рахитичной, неспособной к активной политической борьбе. Еще в 1884 году Лев Тихомиров, пытаясь осмыслить причины распада «Народной воли», писал: «Какими средствами, какими силами буржуазия может захватить власть и удержать ее? Численно ничтожная, нравственно разрозненная, экономически слабая - какими чудесными способами может она стать во главе государственного правления». Примерно в то же время Михайловский совершенно отчетливо констатировал политическую зависимость русской буржуазии от царизма: «Европейской буржуазии самодержавие - помеха, нашей буржуазии - опора».
Полстолетия пореформенного развития России не внесли в эти оценки существенных изменений. К отмене крепостного права в 1861 году Россия подошла в состоянии промотавшеroся дворянина. В государственном кошельке было пусто, в дворянском - не менее пусто. Были, разумеется, огромные, веками накопленные материальные цениости - в их числе такие дивные архитектурные ансамбли, как центральная часть Петербурга, дорогие царские дворцы, часто также весьма дорогие дворянские усадьбы, были миллионы убогих крестьянских лачуг. Но все это почти исключительно потребительские фонды. Каковы же были производственные фонды России в то время, когда даже дворянские верхи, монопольно осуществившие крестьянскую реформу, признавали, что страна должна начать, притом капиталистическими методами, соревнование с бурно индустриализирующейся Европой?
Эти фонды представляли собою миллионы голов разношерстного скота, деревянные телеги, сохи и бороны, непроезжие в мало-мальски плохую погоду дороги. Все технически современное оборудование накануне 1861 г. состояло из 1,6 тыс. км железных дорог и из нескольких (единицами исчисляемых) заводов и фабрик с новыми паровыми двигателями и станками. Петровские горные заводы, технически почти не обновлявшиеся, успели уже весьма устареть. Словом, России нужны были огромные средства на капиталовложения. А в стране только торговый капитал пришел к 1861 году не с пустым карманом. Его перерастание в промышленный капитал после реформы значительно ускорилось. Однако через всю
реформу красной нитью проходило стремление любой ценой сохранить помещичий паразитизм. Поэтому национальный русский капитал даже а условиях, обеспечивающих особо высокую норму эксплуатации, не мог компенсировать миллиарды, проедаемые помещиками, сановниками, полицейской машиной. Реформа сделала капиталистическое накопление лишь относительно небольшим ручейком, удовлетворяющим весьма малую долю потребностей страны в капиталах. Через 12 лет после реформы из всей суммы акционерных капиталов (1200 миллионов рублей) в промышленность было вложено только 130 млн. рублей. Таких средств еле хватало на развитие лишь некоторых отраслей легкой промышленности. Черная металлургия и вообще горная промышленность развивались преимущественно по мере того, как туда внедрялся иностранный капитал. В 1916 году капитал (акционерный и облигационный) в горном деле (включая добычу нефти) составлял 917,8 млн. руб. Из них иностранного капитала было 834,3 млн. рублей, или 91%.
Пока Россия жила под властью дворян-ской монархии, приток иностранного капитала был все же лучше, чем паразитизм «своего» дворянства. Иностранный капитал на грабительских началах, но строил, а дворянство почти всю дань, получаемую с народа, проедало. Но для развития отечественной буржуазии приток иностранного капитала был явным злом. Высокая доля прибавочной стоимости, полученной за счет иностранных капиталовложений, уходила из страны. На расширенное воспроизводство иностранные капиталисты шли лишь постольку, поскольку в России имелся дешевый труд и, следовательно, лишь в той степени, которая обеспечивала сохранение России в качестве отсталой страны. Так, например, после того как с самого богатого в мире Бакинского месторождения сливки были сняты и требовался переход на глубокое бурение, добыча нефти упала с 11,6 млн. тонн в 1901 году до 9,2 млн, тонн в 1913 году.
В 1913 году население России (в границах СССР на 1.1.1939 г.) составляло 139 млн. человек, из которых 82,8% проживало в сельской местности. По переписи 1897 года грамотных в возрасте 9 лет и старше было в стране 24%. Перед нами маленький пролетарский островок в гигантском море неграмотного крестьянства.
В 1916-1917 годах капиталы русской промышленности распределялись между отечественным и иностранным следующим образом. В горном деле весь капитал 917,8 млн. руб (иностранный 91%), в обработке металлов - 937,8 млн. руб. (иностранный 42%), в химической промышленности 169 млн. руб. (иностранный 50%), в текстильной промышленности из 658 млн. руб. 28% составляли иностранные вложения.
Особенно сильно развитие и самоопределение русской буржуазии страдало от того, что регулирующая финансовая система России уже через два десятилетия после реформы также попала в сильную зависимость от иностранного капитала. Из основного акционерного капитала восемнадцати главных акционерных банков, составлявшего в 1914 году 435,6 млн, рублей, иностранному капиталу принадлежало 185,5 млн. рублей. В крупнейших петербургских банках доля иностранного капитала достигала 90%. Самостоятельность русской буржуазии в этих условиях была явно ограничена. Иногда для доказательства быстрого капиталистического развития предреволюционной России указывают на высокие темпы роста ее промышленности. В период от 1860 до 1913 года среднегодовой прирост выплавки чугуна составил 5,1%, добычи каменного угля - 9,2%, нефти - 14%, протяженности железных дорог - 7,4%.
Но при анализе этих цифр надо принимать во внимание не только чрезвычайно низкий начальный уровень отсчета. С точки зрения оценки того, насколько и как возрастала сила русской буржуазии, не менее важно и другое.
Темпы роста русской промышленности в том случае, если она имела целью догнать Запад или хотя бы перестать отставать от него, должны были многие годы непрерывно возрастать. Условия для этого (территория, население, дешевые рабочие руки) были. На самом деле имело место обратное.
Если разбить все пореформенное время на два периода: 1860 -1880 и 1880 -1913 годы, то обнаруживается, что ускоряют свой среднегодовой рост только выплавка чугуна (1,4% в первый период и 7,35% во второй) и производство хлопка (3,5% и 4,7%). Остальные отрасли замедляют свой рост (добыча золота - 2,9% и 0,4%, добыча угля - 12,7% и 8%. добыча нефти - 19,7 % и 3,2%, производство сахара - 11,7% и 5,5%). В результате к 1913 году разрыв в промышленном развитии Европы и России не уменьшился, а увеличился. Если в 1800 году Россия по выплавке на душу населения (4,15 кг) находилась на одном уровне с далеко не передовой в промышленном отношении Францией (4,0 кг), то в 1900 году она уже отставала от Франции в 3 раза (22 и 69 кг), а в 1913 году - почти в 5 раз (27 и 120 кг). Встать на собственные ноги русская буржуазия не смогла и после реформы.
Буржуазное временное правительство несколько месяцев после свержения самодержавия пользовалось поддержкой подавляющего большинства народа. Вера в то, что царизм был главным и единственным злом, оказалась всеобщей. Возможности у самого Временного правительства также были весьма широкими. В нем участвовали, а на конечной стадии возглавляли его, представители самых левых буржуазных партий - настолько левых, что они даже отказывались считать себя буржуазными. По своим личным качествам почти все члены Временного правительства были наиболее талантливыми представителями своих партий. Это, несомненно, было самое талантливое правительство, которое только могла создать тогдашняя русская буржуазия. Выполнение этим правительством минимальной программы чисто буржуазных преобразований давало ему гарантию длительной поддержки широких слоев населения. У Временного правительства были налицо и возможности широких политических комбинаций. достаточно вспомнить, что еще до Февральской революции даже в крайне правых кругах открыто обсуждался вопрос о мире любой ценой.
Жизнь показала, что Временное правительство оказалось не в состоянии сохранить власть для буржуазии и, по сути дела, стало проводником политики царского режима. Это большевики понимали с самого начала, когда словами Ленина брали на себя задачу разъяснить массам, что Временное правительство не даст свободы угнетенным народам России, не отнимет землю у помещиков, не прекратит войны. И это объяснялось прежде всего тем положением, которое занимала буржуазия в русской политической и экономической жизни. Здесь меньше всего следует искать причины в личных качествах «министров-социалистов» и рассуждать о6 «измене» вчерашних политических ссыльных своим идеалам. Для решения самых острых вопросов, поставленных неумолимым ходом истории, Временному правительству опереться было не на кого. Когда весной 1917 года власть попала в руки буржуазии, она сохранила в почти нетронутом виде и дворянскую бюрократию, и дворянскую верхушку армии.
Налицо оказалась единственная возможность обновления страны - смелая попытка перехода к социалистической экономике.
Оправданием этой попытки служил принципиально правильный расчет на то, что в условиях социалистической революции, начавшейся в России, станет неизбежной и европейская пролетарская революция. Вера в эту революцию наполняла большевиков огромной решимостью, позволяла идти в своей борьбе значительно дальше того, что дозволялось чисто русскими условиями.
Эта вера продержалась непогнолебленной до весны 1918 года и сохранила свою силу еще целое десятилетие.
Чтобы выяснить, почему переход России от крепостнического абсолютизма непосредственно к диктатуре пролетариата стал закономерностью, необходимо хотя 6ы схематически проследить, каким образом исторически сложилось то соотношение классовых сил, которое обусловило не только развитие первоначального этапа революции, но также ход Гражданской войны и многие события первых лет после нее.
С этой точки зрения в русской истории особенно значительными являются две эпохи - Ивана Грозного и Петра Великого. На первой из них мы остановимся лишь очень кратко.

* * *

О человеческом бытии во времена Грозного, об уничтожении и растлении всего хоть немного противостоящего дикому разгулу насилия, о формировании духовного облика людей того времени современные историки стыдливо умалчивают. Им настолько дорог так называемый «исторический прогресс», что они с легким сердцем согласны не обращать внимания на такие столь «незначительные» обстоятельства. При этом, к сожалению, в некоторых случаях искренне, упускается из виду тот факт, что именно в это время феодальная реакция
одерживает сокрушительную победу над ростками нового, гораздо более прогрессивного экономического строя. С именем Грозного более всего связано беспощадное разрушение Новгорода, поднявшегося по своему экономическому и общественному уровню на голову выше Москвы. Грозный буквально выжег, вытоптал и утопил все мало-мальски способное к созданию «третьего сословия» и в Новгороде и в Пскове.
Вряд ли можно назвать какое-либо другое мероприятие московских царей более реакционным и вредным для развития страны.
Реформаторская деятельность Петра создала ему славу прогрессивного царя, далеко продвинувшего Россию вперед. Многим наблюдателям казалось, что длительное гниение России в послепетровскую эпоху объясняется лишь неспособностью его наследников продолжить начатое им дело.
В действительности, если оценивать реформаторскую деятельность Петра с точки зрения того, как изменилась социальная структура страны, ее политическое устройство, как пошло ее экономическое развитие, насколько и как поднялся ее культурный уровень, развитию каких слоев населе¬ния она помогла и, наконец, что стоило это народу, дело обстоит совершенно иначе.
Нельзя не замечать личной талантливости Петра, его огромной энергии и жажды деятельности, умения быстро делать выво¬ды из получаемого (иногда весьма горького) опыта. Но все эти качества Петра, все его таланты объективно вели к усилению и оживлению отмирающих клеток государства и к колоссальному ослаблению экономически прогрессивных сил. Иначе говоря, Петр талантливо и энергично делал и сделал огромное по своему историческому значению реакционное дело, затормозившее развитие России на целую историческую эпоху.
Начнем с того, каким был экономический итог реформаторской деятельности Петра и каким оказалось его влияние на дальнейшее развитие Россия.
Эпоха Петра лишь немного подвинула вперед российскую промышленность в целом. Но она сделала гигантский скачок в развитии черной и цветной металлургии.
Поэтому начнем с этого самого яркого творения Петра.
При Петре построено 11 уральских железоделательных и медеплавильных заводов.
Такие же заводы созданы в Тульском, Липецком, Олонецком, Муромском и Гжатском районах. Вот данные о выплавке чугуна за XVIII и часть XIX века. (В конце XVII века чугун в России выплавляло всего два или три завода (см. таблицу).


Приведенные данные показывают, что Россия, конвульсивно вырвавшаяся при Петре на первое место в мире по уровню черной металлургии, потом резко, и чем дальше, тем больше, отстает от всех без исключения промышленных стран Запада.
Уральская металлургия выросла поразительно быстро. Но она выросла не в качестве органически прогрессивного элемента в теле феодальной экономики. Наоборот, сконцентрировав весь еще не изжитый остаток сил, феодальный строй в лице Петра оказался достаточно силен, чтобы для продления своего существования создать исторический уникум - промышленность на крепостном труде. Зародышу будущего Петр придает реакционную социальную форму. Решение непосредственной узкозлободневной задачи - смягчение военной слабости России - обеспечивается таким мероприятием, которое в течение почти двух столетий будет неизбежно тормозить рост всего народного хозяйства России. Петр с успехом создает крепосгвую фабрику.
Этим он настолько укрепил класс феодалов и настолько ослабил неизбежный рост буржуазии и буржуазных отношений, что русское дворянство, которое к началу его царствования почти полностью исчерпало свои внутренние силы, сумело сохранить монопольную власть еще на 200 лет. С этой точки зрения потрясающая картина гниения послепетровской России является естественным н закономерным следствием успеха его реформ. Промышленность на Западе толкала феодализм к могиле. Крепостная промышленность Петра усиливала его. Своими реформами Петр настолько подорвал и ослабил ростки новых общественных сил, что класс дворян более чем на столетие оказался монополистом не только в экономической, но и в общественной жизни страны. даже первыми русскими буржуазными революционерами оказались через 100 лет после смерти Петра представители дворянства.
В допетровской России свободных рабочих рук в массовом масштабе не имелось, что и было одним из самых главных пре-
пятствий развитию ремесла, мануфактуры, промышленности и торговли. Петр разрешил эту проблему без малейшего ослабления крепостнических порядков массовой припиской крепостных крестьян к заводам.
Но крепостная промышленность, как и всякое крепостное хозяйство, давала лишь убийственно малый рост производительности труда. Затраты труда на одну условную тонну чугуна в допетровские времена (1660 год) составляли, по расчетам П. А. Хромова, 183 часа, а к концу царствования Петра (1723 год) - 161 час, то есть за 63 года уменьшились всего на 6,5%. Если принять во внимание достижимую точность учета, то с полным основанием можно сомневаться в том, имел ли место даже такой архичерепаший рост производительности
труда.

Сенат петровского времени. Картина Д. Н. Кардовского. 1908 год.

Наука и жизнь, 1988, №1, 76-83
Окончание следует


  1. Петр 1-й как могильщик прогрессивных реформ в России (часть первая)

  2. Петр 1-й как могильщик прогрессивных реформ в России (часть вторая)

  3. Спундэ: зигзаги политической конъюнктуры

  4. Спундэ. Биография


Как чемодан стал предметом искусства?
размышление
eponim2008

Как уже было сказано, имя Луи Вюиттона едва не стало синонимом изобретенного им чемодана. Но все же не стало. А вот сам чемодан, как только он появился в современном, привычном для нас, виде, совершенно естественно стал символом путешествий и путешественников, и – более того – символом мобильности. Все мое – ношу с собой. Было бы удивительно, если бы искусство не опробовало и не использовало этот символ.

Опробовало, использовало, причем неоднократно.


На картине художника В. Перова «Приезд гувернантки в купеческий дом» чемодан не сразу и отыщешь. Он скромно стоит у двери, на нем – круглая картонная коробка. В коробке, вероятно, шляпка, а в чемодане – все прочее невеликое имущество героини картины. Поскольку картина написана в 1866 году, легко сделать вывод, что изображенный чемодан – дешевая реплика луивюиттоновских изделий. Дешевая, однако, сделанная вполне профессионально.

Другой чемодан, изображенный на картине И. Е. Репина «Арест пропагандиста», – один из главных героев. Его внутренности уже раскрыты нараспашку. Хозяину чемодана, молодому человеку в красной рубахе, судя по присутствию жандармов, скоро предстоит бесплатное путешествие в Сибирь. Может быть, даже с этим самым растерзанным чемоданом. И может быть, с подругой, которую задержали в соседней комнате.

На широко известной картине Ф. Решетникова «Прибыл на каникулы» изображена уже картинка из советского, послевоенного, быта. Чемодан здесь, конечно, не главный герой, но, скажем так, явственно присутствует среди героев. Небольшой этот чемоданчик принадлежит мальчику-суворовцу, тоже пока ростом не великого. Даже удивительно: неужели все его имущество в этот чемоданчик помещается?

Неужели эти малютки были настолько вместительны? Или, может быть, так казалось? Ведь у людей, живших в послевоенном Советском Союзе, не много было всякого барахла. Приехавший в СССР сразу после войны знаменитый французский фотограф Анри Картье-Брессон (1908 —2004) сделал множество честных и прекрасно выглядящих фотографий, которых хватило не на один альбом. Картье-Брессон не заставлял людей позировать. Он умело  подкрадывался к ним и делал снимок, в котором запечатлевалось все: и выражения лиц, и бедная, скромная, одежда тогдашних москвичей. Вот стоят на трамвайной остановке две девушки, у одной в руках такой же чемоданчик, как у юного суворовца с картины Решетникова. И, похоже, что там, действительно, все ее имущество.

Чемодан да рюкзак художники любили изображать, как символ мобильности молодежи, уезжавшей на далекие сибирские стройки. И как символ оптимистичной надежды, что там-то у них все получится.

Здесь дом дадут хороший нам

И ситный без пайка.

Эта радостная вера в счастливое будущее, как положено, умирала долго и скончалась только в 1990-х годах вместе с советской страной. Бывшие строители коммунизма забыли о счастье всего человечества. Одна забота осталась у них: прокормить себя и свою семью. Инженеры и учителя, потерявшие работу, сорвались с насиженных мест и замотались по заграницам, прежде им недоступным. Почему и стали называться «челноками». Чемоданами и тюками тащили они в родное отечество зарубежный ширпотреб и торговали им на вещевых рынках. Работа у «челноков» была тяжелая и зачастую опасная. Но она позволяла выжить, а некоторым даже подняться до уровня определенного благосостояния.

Как известно, пережитые трудности вспоминаются с улыбкой. Такой улыбкой можно считать памятники «челнокам», возникшие в последние годы по всей России: в Екатеринбурге, в Белгороде, в Благовещенске и – милое созвучие – в Набережных Челнах. Нет сомнения, что во всех этих более или менее мастерски сделанных скульптурных группах одно из главных мест, конечно, принадлежало чемоданам.

Впрочем, чемоданы стали частью памятников событиям менее веселым. На вокзале Люксембурга гора чемоданов – памятник жертвам Холокоста, которых отсюда, из культурной и цивилизованной Европы увозили на восток, в лагеря уничтожения. Куча чемоданов, возвышающаяся до потолка склада в Освенциме, чемоданов, на которых написаны имена и фамилии их владельцев, давно уже превратившихся в пепел и дым – самый страшный памятник этим событиям.

У входа в вокзал Гамбург-Даммтор стоит памятник «Последнее прощание», авторы которого Франк Майслер (Frank Meisler) и Арье Овадия (Arie Ovadia). Памятник был открыт в мае 2015 года. Он посвящен событию, которое называется «Детские поезда».

Детские поезда отправлялись с декабря 1938 по сентябрь 1939 года с этого гамбургского вокзала в Великобританию. Пассажирами в них были дети, которым по законам Третьего рейха грозило уничтожение только за то, что они родились в еврейских семьях и потому считались евреями. Великобритания согласилась дать этим детям убежище. Только детям, но не их родителям. Таким образом, были разлучены с родителями около тысячи детей. Разлучены, но спасены!

Памятник представляет собой две группы из бронзовых скульптур, разделенных пропастью. На одном краю мальчик и девочка с чемоданами, отправляющиеся на восток. Мы знаем, что они обречены на смерть. На другом краю группа из четырех детей, которые уезжают на Запад. Они будут спасены. Но их детство закончилось. Плюшевый мишка лежит в одиночестве в оставленном открытом чемодане...

Статья опубликована на сайте Школа жизни

Статья опубликована на сайте Школа жизниПолезные ссылки:

  1. "Memory Suitcases" - ностальгическая серия картин от Юваля Яари


Спроси профессора о науке, химии и вообще...
размышление
eponim2008
Спроси профессора о науке, химии и вообще...

100 ответов на 100 вопросов. Научно-познавательная монография, в основном, составлена из миниатюр, написанных автором для электронного журнала http://shkolazhizni.ru/. Формат статей (2500-5000 знаков) и минимум специальной терминологии способствует осознанию места науки в целом и химии, в частности, в современном мире.
Предназначено для учащихся старших классов и всех, интересующихся проблемами естествознания. Дополняет...

Posted by Mark Blau on 1 янв 2018, 09:16


Как чемодан поставили на колеса?
компьютер
eponim2008

Луи Вюиттон фактически положил начало «чемоданному бизнесу». Продавать чемоданы оказалось выгодным делом! Сын и внук основателя укрепили положение компании на постоянно расширяющемся рынке. Французская фирма «Louis Vuitton» всегда сохраняла первенство на этом рынке, и всегда ценила свою продукцию не дешево. Ибо традиция! Покупатель готов был платить за традиционно прочные чемоданные стенки из доски тополя, за традиционно надежные замки, за традиционно красивую обивку.

Как часто случается, название бренда, «Louis Vuitton», стало почти синонимом изготавливаемой продукции. Внешний вид чемоданов от Вюиттона был известен всем. (Ох, не даром основатель фирмы боролся за красоту и и неповторимость своих изделий!) Не удивительно, что в 2008 году, когда праздновали 150-летие компании, главное здание на Елисейских полях декорировали и превратили в гигантский чемодан. Еще более грандиозная инсталляция была установлена в ноябре 2013 года в Москве на Красной площади. Между Мавзолеем и Собором Василия Блаженного воздвигли огромный временный магазин «Louis Vuitton».

У других компаний, вышедших на рынок позже, были свои «фишки». Американский Samsonite заявлял об исключительной прочности корпуса, швейцарские компании упирали на абсолютную неоткрываемость замков и такую же неотрываемость ручек. Чемоданы иных фирм были так объемны, что в них без особого труда могла поместиться изящная красотка (была и такая реклама). Ясно, что подобные чемоданы были неподъемны. Но длительное время на это обращали немного внимания. На железнодорожных вокзалах, в морских портах и в гостиницах трудилась и этими трудами кормилась целая армия носильщиков. Поэтому очевидное, казалось бы, решение, поставить чемодан на колесики (катить ведь всегда легче, чем тащить) ожидало своего воплощения аж до 1970-х годов. Человечество сначала слетало на Луну, и только после этого додумалось производить чемоданы, которые можно было бы, не надрываясь, катить.

И докатились! Сейчас чемодан без колесиков и без выдвижной ручки – уже вроде бы и не чемодан. Не купят!

У чемодана на колесиках два родителя. Один из них – Бернард Сэдоу (Bernard D. Sadow). В 1970-м году, возвращаясь из отпуска, он, отдуваясь, тащил к стойке таможенника два тяжелых чемодана. Жена шла рядом. Увидев грузчика, без особого труда толкавшего тележку, нагруженную багажом, мистер Сэдоу сказал супруге: «Вот таким и должен быть наш чемодан».

Идея пришла в правильную голову.  Сэдоу был в то время вице-президентом компании   «US Luggage», специализировавшейся на производстве чемоданов и дорожных сумок.

Придумано – сделано. Вернувшись домой, мистер Сэдоу приделал к основанию большого чемодана, который семейство брало с собой в дальние путешествия, четыре колеса, купленные в ближайшем хозяйственном магазине. Спереди к чемодану он крепко пришил лямку, чтобы тащить свой багаж. Ура! Идея оказалась правильной! Через два года Бернард Сэдоу получил патент на это полезное изобретение.

Полезное-то полезное, но в начале 1970-х чемоданы на колесиках так и не стали популярными. Дело в том, что в это время американцы только пересаживались с наземного транспорта на самолет. Те, кто не мог справиться с тяжелым своим багажом, легко могли найти в аэропорту носильщика с тележкой и заплатить ему за помощь несколько долларов. Бóльшая же часть авиапассажиров шла к самолету с небольшими чемоданами в руках.

Точно так же, с небольшими чемоданами в руках, шли к самолетам и пилоты со стюардессами. Но в отличие от беззаботных пассажиров им приходилось проделывать путь к самолету ежедневно и по нескольку раз. Даже небольшой чемоданчик при этом становится обременительным. И вот, в 1987 году Роберт Плат  (Robert Plath),  летчик американской авиакомпании «Northwest Airlines»  поставил свой дорожный чемоданчик на два колеса (два, Карл, два, а не четыре!) и приделал к нему выдвижную ручку. Как ни странно, два колеса сделали конструкцию более устойчивой в движении, чем четыре. С таким чемоданом Плату ходить на работу стало легче. Вскоре к нему стали обращаться знакомые и незнакомые коллеги с просьбой сделать для них такой же чемоданчик. Увидев такой энтузиазм потребителей, Плат в 1991 году оформил патент на свое изобретение, которое он назвал  Rollaboard, и поменял профессию, организовав компанию по производству чемоданов на колесах «Travelpro International».

С момента изобретения Сэдоу прошло всего-то несколько лет. Но рынок за это время существенно изменился. Авиаперелеты стали обычным явлением. Ими стали пользоваться широкие слои населения. Оказалось, что в полет не нужно брать с собой слишком много вещей, все помещалось в небольшом чемодане. Между тем длина терминалов в аэропортах возросла и начала измеряться километрами. Пройти такое расстояние даже с небольшим чемоданчиком в руках было уже не так радостно, как прежде. В результате пассажиры оценили прелесть чемоданов на колесиках, и уже от нее не откажутся.

Чемодан стал постоянным спутником современного человека. Но не только спутником. Чемодан уже давно стал объектом искусства.


Статья опубликована на сайте Школа жизни
Статья опубликована на сайте Школа жизниПолезные ссылки:

  1. Фабрика по производству чемоданов в Нью-Джерси (англ.)

  2. Отрада путешественников. Сумки на колесиках

  3. 14 изобретателей, которые нам нравятся

  4. Луи Вюиттон

  5. Сумка для Парижа

  6. Чемодан на колесиках

  7. Чемоданное настроение

  8. История чемодана

  9. Искусство упаковки чемодана от Луи Вюитон

  10. Reinventing the Suitcase by Adding the Wheel

  11. История про чемоданы на колесиках и фокус на аудитории

  12. "Memory Suitcases" - ностальгическая серия картин от Yuval Yairi

  13. Ефрем Флакс. Блантер и Симонов Песня о чемодане


The Art of Packing from Louis Vuitton


Кто придумал чемодан?
размышление
eponim2008


В израильской армии объемистую сумку из толстого брезента, в которую солдат складывает свои вещи, называют «чимидан». Всякий, кто знает русский язык и услышит это смешное слово впервые, вряд ли станет сомневаться, откуда это слово экспортировано.

С другой стороны, израильский армейский «чимидан» весьма мало походит на то, что принято называть чемоданом в России. Да и слово «чемодан», если прислушаться, явно не русского происхождения.

Совершенно верно, ухо нас не подводит. Слово «чемодан» (как, например, и «сарафан») персидского происхождения. «Джомадан» переводится, как «хранилище одежды».  Так на Востоке называли большую сумку с ручками из кожи или из войлока. Легкую, мягкую, очень вместительную. Необходимейший предмет в хозяйстве, особенно при переездах. Так что, скорее всего, в израильскую армию это слово принесли не ребята из России, а те парни, что в середине 1950-х годов репатриировались из Ирана или из Курдистана.

Из персидского языка слово это попало и в языки тюркские, изменившись до «шабадан». У кочевников-казахов шабадан был вещью нужной. При постоянных переездах в него укладывались обувь и одежда. К тому же шабадан был вещью красивой, ведь его делали из ковровой ткани. В данном случае, как это часто бывает, красота оказывалась функциональной. Таких шабаданов можно было положить на повозку целую гору. Ковровые их поверхности цеплялись ворсом одна за другую, благодаря чему сами сумки удерживались на повозке и не падали не землю.

А в особенный шабадан, специально красиво отделанный, складывали приданное для невесты. Так что девушка уходила в другую семью с полным набором всяких нужных и красивых вещей.

Приблизительно такую же роль играла в Украине «скриня нареченої», то есть «сундук невесты». Начиная с 15 лет, в этот сундук складывалось приданое. Сундук был изрядного размера, что являлось для новых родственников и для соседей свидетельством зажиточности невесты. Публичная демонстрация «скрыни» и ее содержимого была отдельным и важным эпизодом свадьбы.

Кстати, о сундуках. Интересно, что из всех славянских языков только в русском деревянный ящик для хранения и перевозки вещей с закрывающейся на замок крышкой называют словом тюркского происхождения, которое восходит к арабскому слову «сундук» («ящик»). Но этимологическая прогулка не заканчивается в аравийских пустынях и возвращается на берега Средиземного моря. Арабский «сундук» происходит от греческого слова  «синдохеон», то есть «место, куда складывают предметы»

Почему одежду лучше хранить в сундуке, а не в сумке-шабадане? Потому что сумка мягкая, а сундук жесткий. Положенные в него вещи в дороге не сомнутся. После длительного путешествия не потребуется гладить одежду. Можно пожаловать на бал прямо с корабля.

По этой причине вплоть до 19-го века все путешественники предпочитали брать с собой небольшие, но крепкие дорожные сундуки. Их приторачивали к каретам, клали на специальную полку на крыше дилижансов, заносили в корабельные каюты – и в путь. Как там описывал А. С. Пушкин путешествие графа Нулина?

Уже к коляске двое слуг

Несут привинчивать сундук.

Однако, сундук, даже дорожный, все-таки тяжел, а потому и неудобен. Сам хозяин его тащить не станет. Значит, надо брать с собой в дорогу слугу или же нанимать носильщиков. Пока дальние путешествия были уделом лиц знатных и/или богатых, с этим было легко мириться.

Но в 19 веке путешествия на большие расстояния стали массовым явлением. Железные дороги быстро связали между собой все крупные города Европы. Пассажиром поезда мог стать каждый. Появился спрос на удобные, недорогие и крепкие ящики для перевозки вещей.

Появился спрос – появилось и предложение. В 1858 году в парижских магазинах стали продавать чемоданы для путешественников. Их начал выпускать мастер Луи Вюиттон (Louis Vuitton; 1821 – 1892).

Луи Вюиттон родился в провинциальном городке Анше (Anchay) на востоке Франции. Мать умерла, когда мальчику исполнилось 10 лет. Мачеха была строгой. Поэтому житье в родных местах Луи наскучило, и когда ему исполнилось 13 лет, он ушел в Париж. Именно ушел. 292 мили до столицы паренек преодолел за два года. Шел пешком, подолгу останавливаясь в пути, чтобы случайной работой заработать денег на дальнейшую дорогу. В Париж юный провинциал прибыл в 1837 году и устроился на работу в упаковочную мастерскую месье Маршаля (Marechal). Упаковка и изготовление коробок – это была в то время славная профессия. Изготовить коробки, отдельно позаботиться об упаковке хрупких вещей, уложить все так, чтобы занять как можно меньше места, перевезти по новому адресу (да, на мастера возлагалась также ответственность за перевозку!) – одно большое дело и тысяча мелких хлопот. Молодой подмастерье быстро освоил все тонкости и стал известным мастером в своей области. В 1854 году, в возрасте 33 года он женился и почти сразу же открыл в Париже свою собственную упаковочную мастерскую.

Вот тогда-то Луи Вюиттон и придумал современный чемодан. До этого чемоданом называлась мягкая длинная сумка в форме положенного на бок цилиндра. Вюиттон превратил мягкую упаковку в деревянный ящик с тонкими, но крепкими стенками, которые были обиты узорной водонепроницаемой тканью. Красота не казалась лишней. Свои чемоданы Луи Вюиттон делал в расчете на богатых путешественников.

Хотя изделие Вюиттона называлось по-прежнему, чемоданом, оно унаследовало важные свойства дорожного сундука: жесткость и прямоугольность. Жесткий корпус не давал одежде, помещенной вовнутрь сминаться, а хрупким вещам – быть разбитыми. Прямые углы позволяли легко укладывать чемоданы один на другой. Это облегчало складирование и перевозку.

Изобретение Луи Вюиттона попало в самую точку. К тому времени он уже получал заказы от императорского двора и считался личным упаковщиком Ее Величества Императрицы Евгении, супруги императора Наполеона III. Императрица была женщина молодая и красивая. Она любила путешествия, и любила путешествовать с комфортом. Специально для нее Луи Вюиттон сделал чемодан, превращавшийся в своеобразный походный одежный шкаф. В нем были вешалки и отделения для вееров, перчаток, духов. Вслед за императрицей чемоданы Вюиттона стали покупать богатые парижане. Дело пошло!

В 1858 году открывается первый магазин Луи Вюиттона в Париже на Елисейских Полях. Магазин был дорогой, но и покупатели сюда приходили состоятельные: французские аристократы, американские предприниматели, индийские князья. Русская царская семья тоже была клиентом знаменитого чемоданных дел мастера.

Чемоданы от Вюиттона стали подделывать, поэтому фабрикант позаботился о создании собственного стиля. Его чемоданы должны быть абсолютно узнаваемыми! Так на чемоданной обивке появились монограммы компании, стилизованные букв LV.

Но совершенствование чемоданов на этом не остановилось. Что же было дальше?


Статья опубликована на сайте Школа жизни
Статья опубликована на сайте Школа жизниПолезные ссылки:

  1. Фабрика по производству чемоданов в Нью-Джерси (англ.)

  2. Отрада путешественников. Сумки на колесиках

  3. 14 изобретателей, которые нам нравятся

  4. Луи Вюиттон

  5. Сумка для Парижа

  6. Чемодан на колесиках

  7. Чемоданное настроение

  8. История чемодана

  9. Искусство упаковки чемодана от Луи Вюитон

  10. Reinventing the Suitcase by Adding the Wheel

  11. История про чемоданы на колесиках и фокус на аудитории

  12. "Memory Suitcases" - ностальгическая серия картин от Yuval Yairi

  13. Ефрем Флакс. Блантер и Симонов Песня о чемодане


The Art of Packing from Louis Vuitton


?

Log in

No account? Create an account