December 21st, 2020

размышление

Мои твиты

promo eponim2008 september 21, 2020 12:37 3
Buy for 10 tokens
Женщинам дозволено кокетство. Скрывать свой возраст у прелестных дам стало общепринятой причудой. Даже если и скрывать особенно нечего. Потому я в начале моего рассказа тоже пококетничаю немного и своего возраста сразу не назову. Скажу только, что нахожусь я на том отрезке женской жизни,…
размышление

Весёлый танец, развратный танец. Что мы знаем о чарльстоне?

Мулаты, бухта, экспорт кофе, так сказать, кофейный демпинг, чарльстон «У моей девочки есть одна маленькая штучка»
                        Илья Ильф, Евгений Петров. Золотой телёнок

После окончания Первой Мировой войны «цивилизованное человечество» как с цепи сорвалось. Рухнули все ограды и загородки, которые до войны городились внутри общества, и которые считались главной основой порядка.

Те, кто выжили на Великой войне, среди пулемётов, самолётов, цеппелинов и газовых атак с полным основанием считали своё выживание чудом. И очень сомневались, что чудо это имеет божественную природу. Ведь молитвы в боях не спасали. Смерть не разбирала званий, рас и религий. Равно уязвимыми были на фронте и солдаты, полуграмотные работяги да крестьяне, и офицеры, образованный класс. Одинаково гибли от пуль и осколков что белые европейцы, что чёрные до синевы сенегальцы, что смуглые индийцы. И феминистки неожиданно для себя победили. Женщины, к которым до войны относились с лёгкой усмешкой или плохо объяснимой злобой – слабый ведь пол – успешно заменили мужчин там, где, казалось, им не было места в силу их природы: у станков, и на тяжёлых работах.

В общем, следовало задуматься, так ли жили до войны. И чаще всего люди понимали: нет не так. Не надейся на будущее, его может не оказаться! Не строй абстрактных планов! Живи моментом! На бога, конечно, надейся, но и сам не плошай!

Десять послевоенных лет часто называют «ревущими двадцатыми». И они, действительно, во всю ревели. Подали свой голос автомобили, которые стали доступны всем слоям общества, массовым средством коммуникации стало радио. И, конечно, отовсюду, из каждого увеселительного заведения, которых развелось видимо-невидимо, гремела музыка.
До войны эта музыка, весь этот джаз, показались бы какофонией. Но сейчас такое было в самый раз. Новую музыку не надо было слушать в концертных залах, нарядившись словно на приём к королевской особе. Можно было пойти в кабак, то есть, в кабаре, где подавали вино, и где позволительно было после бокала вина от души выдать чучу на танцполе под лихую негритянскую музыку. У женщин уже хватало смелости не ждать приглашения кавалеров. Под такую музыку можно было и одной танцевать или в паре с подружкой, весело размахивая руками и высоко поднимая ноги. Благо, фасон новых платьев, укороченных почти до колена, позволял это делать ловко и красиво. Мир захватил не империализм, и не социализм. Мир захватил чарльстон.

Этот весёлый танец получил своё название от города Чарлстон (Charleston)  в американском штате Южная Каролина. По меркам истории США Чарлстон – город старый. Он был основан в 1670 году переселенцами из Англии и назван в честь короля Карла II (1630 — 1685), правившего в то время. Чарлз Таун был первый город на большом куске земли, который король даровал в 1663 году восьми лордам, поддержавшим его возвращение на престол после революции, в ходе которой был убит его отец, Карл I (1600 — 1649). В честь Карла I подаренные земли назвали колонией Каролина. Позже, в 1729 году Каролина разделилась на Северную и Южную. Вот какая выявляется дальняя, через 300 лет, связь между британской монархией и легкомысленным танцем!

По традиции местом рождения чарльстона считают сиротский приют Дженкинса («Jenkins Orphanage»). Чёрные дети-сироты играли на благотворительных вечерах в духовом оркестре. И пританцовывали, как могли. Они же были дети!

Но местная музыка так и осталась бы местной достопримечательностью города Чарлстона, если бы она не попала на Бродвей. На основе простенькой мелодии чернокожий композитор Джеймс П. Джонсон (1894 — 1955) написал песню «Чарлстон», которая, прозвучав в шоу «Runnin' Wild»,​  мгновенно превратилась в хит. А одноименный танец на ту же мелодию и в том же ритме стал стремительно завоёвывать популярность.

Больше всего электризовало публику, что чарльстон был вроде бы женский танец. Раньше такого не бывало! Его могли танцевать в одиночку или парой девушки, которых в обществе стали называть «flappers» (что по-английски означает «хлопушки»). Название вроде бы презрительное. Если судить по-старому, женщина не может танцевать без кавалера. И если танцует одна, значит, ищет спонсора, значит, проститутка. Одно из значений слова «flapper» было «распутница». Это возбуждало!

Между тем, старое рассуждение о нравственности девушки, танцующей в одиночестве, оказывалось неправильным. Эмансипированные девушки-флапперы, как правило, работали, и поэтому средства к существованию у них имелись. И мечтали они не столько о супруге-кормильце, сколько о друге сердечном. А поскольку «хлопушки» были девушки простые, то на неуважительные приставания могли ответить просто, но чувствительно. Кстати, ещё одно значение слова «flapper» – «колотушка». Так что, долой традиции и слава чарльстону!
Чарльстон завоевал Америку. Научиться танцу не составляло труда. Движения его оказались просты и бесхитростны. Главным умением было энергично двигаться под быструю, ритмичную, музыку и, улыбаясь, довольно высоко поднимать ноги и энергично размахивать руками. В 1925 году чарльстон танцевала вся Америка.

Пришла пора заразить чарльстоном и Европу. Парижская публика узнала этот танец, когда туда приехала с гастролями из Америки Жозефина Бейкер (1906–1975). Эта мулатка очаровала Париж и в свою очередь, сама была им очарована настолько, что, в конце концов, стала французской гражданкой. А во время Второй мировой войны она доказала верность новой родине делом. Впрочем, это отдельная история.

Но в 1927 году она продемонстрировала в Париже необычные и зажигательные танцы, приучив французскую публику к джазовым ритмам. К тому же танцы почти голышом в одной юбочке из бананов фраппировали французов гораздо меньше, чем американцев. В общем, французская публика именно в её исполнении с энтузиазмом восприняла и чарльстон.

Благодаря Жозефине Бейкер этот танец в Европе стал настолько же популярным, как в Америке. Чарльстон признали королём танцев.
Кстати, снова о королях, и снова о королях английских. Чарльстон пересёк Ла-Манш и стал популярным в Великобритании. Настолько, популярным, что его станцевал даже наследник короны, принц Йоркский Эдуард. Вероятно, дух короля Карла II, опосредствованно причастного к названию этого танца, был сконфужен. Он никак не думал, что кандидату в наследники его короны понравятся диковатые танцы чёрных рабов из американских колоний! Так недолго и до неподобающего брака с какой-нибудь американкой. Как в воду смотрел старик! Был брак с американской разведёнкой, из-за которого Эдуард VIII в 1936 году отказался от короны. В результате чего история Британской империи в далёком от Карла II двадцатом веке пошла совсем по-другому.

На этот танец обратили внимание даже в СССР. Как и всё, что приходило с загнивающего Запада, танец этот понравился людям, но не советскому идеологическому начальству. Нарком Луначарский, например, писал: «Я видел танец чарльстон и считаю его в высшей степени отвратительным и вредным». Сказано наркомом – сделано подчинённым ему Главреперткомом. В 1924 год на эстраде и в советских учреждениях было запрещено исполнение американских танцев, которые, как констатировалось в постановлении «…направлены несомненно на самые низменные инстинкты. …они по существу представляют из себя салонную имитацию полового акта и всякого рода физиологических извращений». Как всегда, забота о подрастающей смене: не развратить бы! Тем же постановлением, что и чарльстон, запретили фокстрот, шимми и тустеп. Что с ними, буржуазными танцами, разбираться?
Впрочем, волей-неволей, хотя бы как иллюстрацию разложения буржуазии, чарльстон был продемонстрирован в первом советском балете «Красный мак» Р. Глиэра, а также в балете Д. Шостаковича «Золотой век».

Но Луначарский умер. С наркомами это случалось. А вот чарльстон выжил. Такое случается с танцами. Вынырнув из относительного подполья, чарльстон, вместе с твистом, вновь оказался на слуху у всех в Советском Союзе. Даже чешскую песенку «Бабушка, научи меня танцевать чарльстон» перевели на русский и распевали довольно широко. Кстати, чешские авторы отреагировали на «вторую молодость» чарльстона, которую в 1960-е годы танец переживал за рубежом. Это было связано с ностальгией тех, кому в те годы было 60+ по славным ревущим двадцатым, по своей молодости… Старые танцы о главном…

«Вторая молодость» – гарантия долгой жизни. Хотя чарльстон сейчас не слышится из каждой радиотрубы, он всё равно у всех на слуху. В фильмах, если хотят напомнить об Америке добрых старых, докризисных, 1920-х. А главное, он размножился, преобразовавшись в несколько более современных танцев, линди-хоп и свинг. Дети, естественно, стараются не походить на родителя, но родства не скроешь.

Статья опубликована на сайте Школа жизни

Статья опубликована на сайте Школа жизниПолезные ссылки:

  1. Карл II, Чарлстон и Чарльстон на сайте «Эпоним»

  2. Танец чарльстон

  3. Ода флапперам, написанная Дороти Паркер

  4. Фокстрот как «новый вид порнографии» и другие танцы, запрещенные в СССР

  5. Энциклопедия танца: чарльстон

  6. Чарльстон. Фотографии

  7. Ксения Пархатская исполняет чарльстон