eponim2008 (eponim2008) wrote,
eponim2008
eponim2008

Categories:

Как Муаммар Каддафи стал моим личным врагом (рассказ моей подруги)


Женщинам дозволено кокетство. Скрывать свой возраст у прелестных дам стало общепринятой причудой.  Даже если и скрывать особенно нечего. Потому  я в начале моего рассказа тоже пококетничаю немного и своего возраста сразу не назову.

Скажу только, что нахожусь я на том отрезке женской жизни,  когда не слишком радуешься дням рождения, поскольку чувствуешь, что прибавление лет чревато только неприятными сюрпризами. И,  несмотря на пожелания друзей и родственников, самой себе я уже давно желаю лишь отсутствия всяческих изменений. Всего несколько лет назад была я характером любопытная лисичка и искательница приключений,  но сейчас стала спокойнее и осмотрительнее.  Лета к суровой прозе клонят!

Одним из неприятных сюрпризов, подаренных мне судьбой в прошлом году, было увольнение с работы.  С учетом моего возраста, который я давно уже не указываю в трудовой автобиографии,  это была почти катастрофа. Трудовых своих автобиографий я разослала тысячу, ответов получила с десяток, а на интервью меня не пригласили ни разу. 

Унывать меня жизнь разучила еще в комсомольском возрасте. Поняв, что карьера наемного работника мне уже не светит, я решилась на перемену судьбы.

Заводить приватный бизнес в моем возрасте было почти нереально. Хотя…  При моем профессиональном знании компьютеров и Интернета (которое, к сожалению, не произвело впечатления на потенциальных работодателей)  желание начать зарабатывать  игрой на бирже не казалось придурью дамочки позднего бальзаковского возраста

«Играть на бирже» неправильное выражение. Как бы предполагающее забавы со случаем, словно при игре в рулетку. Но биржа – не казино. Здесь те, кто рискуют, не пьют шампанского никогда.  Это нам упорно повторял преподаватель на Интернет-курсах брокеров. Курсы эти были совсем не бесплатными, но знания давали хорошие. Выбрала я их после долгих поисков в Интернет-форумах и консультаций с теми, кто уже на этих курсах учился.

Немалая сумма, выложенная мною за курсы,  предполагала серьезность в освоении материала. Ну, освоение теории никогда не было для меня проблемой. Сейчас это не имеет никакого значения,  но я окончила институт с красным дипломом, чем долгое время гордилась.  А вот когда дошло дело до практики, я несколько оробела.

Вложив две тысячи долларов на счет одного из американских банков, я получила доступ через Интернет на Нью-Йоркскую фондовую биржу, то есть стала полноправным брокером. В честь этого события мы с Ежиком распили шампанское, хотя особенно праздновать пока было нечего. Договорились отметить в ресторане первые две тысячи заработанных мною долларов. В тот день под шампанским кайфом дата выхода на нулевую отметку расходов казалась мне близкой.

(Кто такой Ежик? Да погодите немного, скоро все про него расскажу)

Я не мечтала стать миллионером. Цель была проще – заработать себе прибавку  к грядущей нищенской пенсии по старости. Эта прибавка обеспечила бы мне достойную жизнь на уровне несколько более высоком, чем  среднестатистический минимум доходов.  А еще избавила бы моего взрослого сына от неприятной  необходимости поддерживать бренное существование престарелой матушки. Я не сомневалась, что если это – не дай Бог – понадобится, мой сынуля поможет мне. Мальчик любил меня и хорошо зарабатывал. Но быть ему обузой не хотелось ужасно.  Тем более, что он недавно женился и они с женой уже подумывали о детях.

Но практика оказалась сложнее, чем это виделось мне в начале. Почти месяц я безотрывно дежурила у экрана компьютера, анализируя  ход биржевых торгов по правилам, которым меня научили.  Программа для трейдинга, с помощью которой я через Интернет связывалась с биржей в Нью-Йорке, имела  режим имитации торговой деятельности. В этом режиме можно было торговать виртуально, не получая реальной прибыли, но и не неся никаких расходов. Когда мои «игрушечные» доходы стали существенно выше таких же «игрушечных» расходов, я решила, что наступило время наливать в бассейн воду.     

Результаты моего выхода на сцену оказались обескураживающими. За несколько дней отрицательный баланс стал еще отрицательнее. Казалось бы, я  действовала по правилам. В день  совершала не более одной сделки, как советовал нам на курсах преподаватель, то и дело повторявший поговорку, что отец драл сына не за то, что проиграл, а за то, что отыгрывался. Входила в сделку, когда тренд был на подъеме. А выходила…  Вот тут-то я и совершала ошибки, чаще всего плана психологического. Когда я постфактум устраивала «разбор полетов» (тоже, как утверждал преподаватель, обязательная фаза  и при выигрыше,  и при проигрыше),  эти ошибки казались очевидными. То  я «соскакивала» с тренда раньше, чем было необходимо,  уменьшая этим доход  на несколько сотен долларов. То, еще чаще, я пропускала момент выхода из сделки. В этом случае потери оказывались более ощутимыми:  не виртуальные упущенные прибыли, а вполне реальные сотни долларов, снимавшиеся  с моего счета.

Если кто думает, что игра на бирже – соревнование интуиций, то он ошибается. Разработаны десятки, если не сотни, математических показателей, предсказывающих, как пойдет дальнейший тренд. Изучение этих показателей и было главным содержанием Интернет-курса для  брокеров, успешно пройденного мной. Показатели, наиболее часто используемые при торговле,  я, как аккуратная зубрилка-отличница, свела в таблицу, которую повесила на стену перед компьютером, чтобы всегда находились перед глазами. Более того, все эти показатели были «зашиты» в программу  трейдера, которой я пользовалась. Поэтому их даже не приходилось вычислять. Только соответствующую клавишу нажми – любой будет перед глазами со всей своей историей. Этакая приборная доска в кабине самолета. Все перед глазами – только знай, куда смотреть.

Но пока же, как я уже сказала, мой самолет чаще «уходил в штопор». После каждой такой финансовой аварии я на несколько дней прекращала активность и в который раз переходила в тренировочный режим, требовавший, кстати, не меньшего напряжения внимания. 

Покидать безопасный тренировочный режим и переходить к реальной торговле каждый раз становилось все труднее. Об этом психологическом барьере нас тоже предупреждал преподаватель. Он весьма советовал обзавестись «группой психологической поддержки», друзьями или хотя бы одним другом, который бы доброжелательно и небезразлично относился к нашим «полетам». Такому другу можно было бы без опасений «слить» свои размышления и сомнения и «подпитаться» от него уверенностью в собственных силах, без которой, как я сказала, преодолевать страхи перед неумолимой реальностью фондовой биржи становилось все труднее. 

С психологической поддержкой было все в порядке: у меня был Ежик.

С Ежиком я познакомилась несколько лет назад на каком-то Интернет-сайте знакомств. Тогда я работала сисадмином в одной фирмочке, и все еще искала приключений на свою голову, словно любопытная лисичка. По полчаса в день – не меньше – я занималась виртуальным флиртом, пестуя свою раскрепощенность и тренируя креативность. Чаще всего Интернет-переписка прекращалась после моего отказа сообщить телефончик или прислать фотографию. Нетрудно понять, что на форуме я выступала не под своей личиной, поместив в качестве приманки фотографию одной похожей на меня дамы с сайта putana.ru. С некоторыми из виртуальных партнеров дело доходило до встречи и даже до кроватки. Сексуальные контакты иной раз бывали молниеносными и одноразовыми, иной раз продолжались несколько месяцев.

Знакомство с Ежиком, против моего ожидания, оказалось длительным и продолжается до сих пор. С учетом нашего возраста мы, можно сказать, были ровесники. Ну, не совсем ровесники, Ежик оказался помоложе. Что – скажу честно – подстегивало и подстегивает мою гордость. Приятно быть объектом обожания мужчины, который моложе тебя хотя бы на несколько лет.

Когда-нибудь мои труды на бирже дадут свои плоды, и я разбогатею. Тогда-то, может быть, для развлечения я начну писать женские романы. Женщины – благодарные читатели, и мне кажется, что  я смогу им о многом рассказать. Вот тогда я и опишу  Ежика во всех сладких подробностях. Естественно, размазав его портрет по нескольким главным и второстепенным персонажам.  Но пока я далека от финансового успеха, отчего и считаю за лучшее спрятать свои планы куда-нибудь поглубже.

Ежик – это не из тех прозвищ, которыми любовники часто обзывают друг друга: киса, рыбка, зайка… Этот псевдоним на сайте знакомств он себе выбрал сам, и я  думаю, что не спроста. Хотя на его колючки я до сих пор не натыкалась. Ну, почти не натыкалась. 

Превосходные качества Ежика-любовника я, как уже было сказано, опишу в своих будущих романах. Но у него было еще одно качество, довольно редко встречавшееся мне в мужчинах. Ежик умел терпеливо выслушать и иногда даже дать дельный совет. Последнее – так считают женщины в наш эмансипированный век – тоже большая редкость.

Собственно  говоря, это с подачи Ежика я заинтересовалась возможностью заработать на финансовых рынках. Однажды, узнав от меня, что я храню свои деньги закрытыми на какой-то стандартной банковской программе, он фыркнул и сказал, что  проценты, начисляемые по банковским программам, ниже платы за ведение банковского счета.

– Таким образом, ты еще доплачиваешь банку за то, что он пользуется твоими же деньгами.

И в ответ на мое робкое возражение, что нет же другой возможности не дать своим сбережениям обесцениться, рассказал о том, что игра на бирже приносит вполне приличный доход. Сам он, не желая слишком углубляться в финансовые премудрости, часть своих сбережений поместил в паевые фонды, что и мне посоветовал.  Паевые фонды? Что это такое, Ежик так и не смог мне толково объяснить. Но Великий Интернет всегда к моим услугам. Вскоре я разбиралась в этом вопросе лучше Ежика и даже помогла ему улучшить его инвестиционный портфель. Услуга за услугу!

Мое желание заняться фондовой торговлей он одобрил. Теперь в часы наших интимных встреч, после совместного головокружительного полета в рай, мы тихо и обессилено, как два кленовых листочка после бури, спускались, обнявшись,  с небес на землю, и я рассказывала ему о премудростях опционной торговли. Или о том, как мне нравится запах его тела.  Соединившись с Ежиком так сказать на уровне ниже пояса, мы стали сообщающимися сосудами и на уровне ментальном. Боже, как редко это случается!

Когда я перешла от теории к практике, вечерние окошки для наших свиданий закрылись. В эти часы на Уолл-Стрите, отделенном от нас восьмью часовыми поясами, начиналась торговля, главное время, чтобы поймать тренд, главное время,  чтобы заработать те несколько сот долларов в день, которые я рассчитывала зарабатывать, запрягаясь в эту телегу. И которые у меня пока никак зарабатывать не получалось.

Ежик с пониманием отнесся к уменьшению своего сексуального рациона. Более того, как пресловутая группа психологической поддержки он оказался на высоте. После разбора полетов я плакалась ему в жилетку, раскаиваясь в совершенных ошибках. А он деликатно, но настойчиво подталкивал меня к новым полетам. Упирая на то, что ему не терпится сходить, наконец, в ресторан за мой счет, как я ему опрометчиво пообещала когда-то.

Скоро сказка сказывается – нескоро дело делается. Два раза я залетала в такой страшный минус, что не будь у меня Ежика, наверняка бросила бы я эту неверную погоню за своим, как говаривал классик, бедным богатством.  Но Ежик у меня был, и я, в очередной раз слив в него грусть-печаль и разочарование, возвращалась на рабочее место, к дисплею. Для того, чтобы  просидев месяц в усердном изучении матчасти, снова становиться на крыло.

Бог финансовой торговли полюбил меня ближе к Новому году.  Я научилась, наконец,  сохранять в ходе торговли благородное безразличие к собственным деньгам и действовать строго по правилам. Я по-прежнему совершала не более одной сделки в сутки, но сделки эти становились все более прибыльными. Как следствие,   все чаще  мой дневной баланс оказывался положительным.

Обещание,  данное Ежику, я выполнила на 23 февраля. В бывший день советской армии мы отпраздновали первую тысячу долларов, перечисленную на мой счет.

- Дай Бог, не последнюю! – Провозгласил Ежик.

- Ежик, ты прелесть! – Сказала ему я, поднимая бокал красного вина. – Если бы не ты, я, наверное, давно бы все бросила.  Давай выпьем за твою силу, мощь и бесценную огневую поддержку. – Тост был как раз в духе старинного милитаристского праздника.  Советские женщины превратили его в праздник всех советских же мужчин, не без основания надеясь на «алаверды» от противоположного пола в следующий через две недели Международный женский день.

«Алаверды» от Ежика не заставило себя ждать. Он предложил в начале марта съездить вместе в Италию.

- Может не повезти с погодой, - вздохнул он, - но потом, боюсь, у меня не будет просветов на работе. Ты ведь еще не бывала в Италии?

Гостиницы в Риме и Флоренции мы выбирали вместе. Великий Интернет и тут пришел на помощь. За  количеством звезд мы не гнались. Единственным моим пожеланием было, чтобы в отеле имелся беспроводный Интернет. Первую заработанную на бирже тысячу долларов я вложила в паевые фонды, которые обещали за неделю нашего пребывания в Италии существенно подрасти.  Все же я хотела держать руку на пульсе и брала с собой в дорогу переносной компьютер, подарок сынули к моему прошлому дню рождения.  Да и вообще, самые свежие новости – в Интернете, самая быстрая почта – электронная, а Скайп намного дешевле мобильного телефона. Факт известный.

Поездка в Италию удалась. Мы с Ежиком вспоминаем с удовольствием даже наш очевидный прокол.  Мы оказались в Венеции в последний день карнавала.

Такого обилия людей я не видела никогда. Роскошные каменные мосты были забиты толпами, которые, казалось, так и стояли на месте, не продвигаясь ни на шаг. Ежик  уже бывал однажды в Венеции и  взялся провести меня к площади Святого Марка кружным путем.  Дворы, дворцы, мостики, церкви были необычайно красивы, и все кишели людьми. Мы не двигались по узким переулкам и мостикам в толпе, а плыли. Было так тесно, что казалось, даже если  поднять ноги, толпа принесет тебя к цели рано или поздно.

У нас получилось поздно. Да,  добрались, наконец, до площади Святого Марка, да, побродили среди нарядно и изысканно одетых и маскированных венецианцев, да сумели с третьего раза сесть на местный морской трамвайчик, «випаретто», идущий к железнодорожной станции. И уже в темноте воткнулись в какой-то поезд,  уходящий с венецианского вокзала Санта Лючия. Куда? Куда угодно, лишь бы выбраться из Венеции!

Двадцать минут я находилась в трогательном единении с итальянским народом, стоя в тамбуре электропоезда. Даже вздохнуть в этой толпе было проблематично.  Ежик оказался  зажатым между стенкой вагона и моим задом, который он всегда считал супер-сексуальным. Правда вряд ли сейчас он ловил от этого кайф. 

Через двадцать минут в вагоне стало свободнее, часть пассажиров вышла на крупной станции. Мы попытались выяснить, куда идет поезд. Оказалось,  в Бергамо.

Но мы не планировали поздно ночью попасть в родной город Труффальдино, и вышли на ближайшей станции, в Вероне.

Нужный нам поезд уходил из Вероны только утром. Мы на такси добрались до центра города и в каком-то баре выпили глинтвейн, чтобы согреться. Все-таки веронская ночь в начале марта была пронизывающе холодна. К нашему удивлению, от выпитого горячего вина с пряностями и у меня, и у Ежика сон куда-то пропал. Вместо того, чтобы искать место в гостинице мы пошли бродить по родному городу Ромео и Джульетты, натыкаясь на ярко освещенные памятники и монументы. Мы, как школьники, целовались в каждой темной подворотне.  И не в темной тоже. И даже не в подворотне.

Во дворе дома Капулетти у китчевой статуи Джульетты мы целовались особенно страстно.

- Спасибо, Ежик, - прошептала ему я,  - ты сделал мне самый лучший подарок на шестидесятилетие.

Даром ночное бдение не прошло. Утром мы заснули, едва сев в вагон, и чуть-чуть не проспали нужную нам остановку. А потом еще дремали друг у друга на плече в каком-то неспешном поезде до Рима  и в электричке до аэропорта.

О том, что в мире произошло что-то серьезное, мы узнали уже в зале ожидания. Ежик, понимавший речь телевизионных дикторов с пятое на десятое, сказал, что вслед за заварушкой в Тунисе, кажется, началась заварушка в Ливии. Итальянцев больше всего волновали толпы беженцев, на любых подручных средствах пересекающих Средиземное море, чтобы осесть в лагерях на острове Лампедуза. Меня же встревожили цифры индексов американской и европейских бирж, которые сменяли друг друга в информационной строчке, бегущей по низу экрана.  Судя по всему, следовало срочно извлекать свои деньги из паевых  фондов. Они ведь наверняка упали в цене вслед за рухнувшими мировыми биржами. Но сейчас предпринимать что-либо было уже поздно.

Вернувшись домой, я первым делом бросилась к компьютеру и увидела, что реальность превзошла мои самые худшие ожидания. Стоимость паевых  фондов упала уже так низко, что я извлекать оттуда свои деньги не было смысла. Я потеряла бы слишком много. Оставалось надеяться на то, что мировые финансовые рынки быстро оправятся от финансового удара, который нанес им полковник Каддафи.

Надежды эти актуальны для меня и поныне. Я потихоньку латаю дыры в личном бюджете, по-прежнему проводя вечера у экрана дисплея. Не хочу распространяться о своих успехах на ниве фондовой торговли. Скажу только скромно: успехи переменные, но тенденция положительная. Моя любимая команда поддержки по-прежнему вдохновляет меня. Может быть, следуй я  призывам Ежика быть более смелой, мои успехи оказались бы более впечатляющими. А может быть, и нет.

Муаммара же Каддафи, который раньше нравился мне за  красивый экстерьер и эксцентричное, хотя и диковатое гусарское поведение, я после возвращения из Италии считала личным врагом. И в этом я была солидарна с Сильвио Берлусконни и с Николя Саркози.  Со злорадным удовлетворением следила я за тем, как войска НАТО расколошматили когда-то бравого полковника-бедуина, а любящий народ расправился с ним не хуже, чем итальянцы со своим дуче где-то к северу от замечательного города Вероны.

02.04.2012

Tags: Венеция, Италия, биржа, мое
Subscribe

Posts from This Journal “мое” Tag

  • Из американской поэзии.

    Sexism [by David Lehman] The happiest moment in a woman’s life Is when she hears the turn of her lover’s key In the lock, and…

  • Загайская снова вышла замуж (Очерк современной жизни)

    - Твоя Загайская замуж вышла, - многозначительно заявила жена. Я даже удивился. Загайская из тех, кто держит рот открытым даже когда что-то ест. Я…

  • Никогда

    Он умирал. Всем своим существом он чувствовал, что скоро умрет. Второй, был рядом, видимо чувствовал то же самое. Оболочка постоянно вздрагивала,…

promo eponim2008 september 21, 2020 12:37 3
Buy for 10 tokens
Женщинам дозволено кокетство. Скрывать свой возраст у прелестных дам стало общепринятой причудой. Даже если и скрывать особенно нечего. Потому я в начале моего рассказа тоже пококетничаю немного и своего возраста сразу не назову. Скажу только, что нахожусь я на том отрезке женской жизни,…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments